Первая волна массовых беспорядков прокатилась по Тунису еще в конце декабря прошлого года. А уже в январе социальное возмущение вылилось в полноценный переворот: глава государства Зин аль-Абидин Бен Али (ему 74 года), находившийся у руля власти на протяжении 23 лет, был вынужден бежать из страны. Власть перешла сначала к главе правительства, а затем – к председателю парламента Туниса Фуэда Мебазы.

Народ устал бояться

События в Тунисе развивались следующим образом: 17 декабря совершил попытку самосожжения 26-летний Мохаммед Буазизи. Молодой человек, у которого был университетский диплом, смог найти себе работу только на рынке, где он продавал овощи и фрукты. Но и там ему не дали работать, заявив, что у него нет соответствующего разрешения. Доведенный до отчаяния Буазизи облил себя бензином и поджег.

Далее благодаря социальным сетям эта история получила огромный резонанс. Выяснилось, что в Тунисе живут тысячи и тысячи молодых, образованных людей, которые сидят без нормальной работы, какой-либо перспективы и возможности что-то изменить, и в то время, когда по государственному телевидению говорят о росте благосостояния тунисского народа, на деле в стране высокая безработица и инфляция, а коррупция просто заоблачная.

Уставшие от всего этого люди вышли на улицы с протестами. Сначала это произошло лишь в родном городе Буазизи – Сиди Бузиде, а требования были экономическими – остановить рост цен на продукты и создать новые рабочие места. Власти немедленно заявили, что демонстранты – это экстремисты, которые ставят под угрозу стабильность в стране и хотят ее расколоть.

На разгон митингов бросили местный аналог ОМОНа. В последовавших столкновениях десятки людей пострадали, а двое от полученных ран скончались. Однако народ устал бояться. Протесты начали шириться, причем массовые акции прошли и в других городах.

«Смерть Бен Али!»

В январе масла в огонь подлили еще две новости. Во-первых, благодаря сайту WikiLeaks стало известно, что семья президента Зин аль-Абидин Бен Али ведет вызывающе роскошный образ жизни: в донесениях американских дипломатов фигурировал некий банкет, куда йогурты и мороженое доставляли самолетами с фешенебельного французского курорта Сан-Тропе. Во-вторых, 5 января от ожогов умер Буазизи.

Это было уже слишком. Демонстрации протеста охватили весь центральный Тунис. С 8-го по 10 января в столкновениях с полицией погибли более 50 человек. Государственное телевидение поначалу игнорировало протесты, потом сообщило об «актах террора со стороны экстремистов», но дальнейший обман уже терял всякий смысл: благодаря Интернету тунисцы прекрасно знали, что происходит.

Президент был вынужден обратиться к народу с телеэкранов. Бен Али осудил насилие со стороны «бандитствующих элементов», но в то же время пообещал в ближайшее время создать 300 тысяч рабочих мест. Однако было уже поздно: уличные акции начались в Тунисе – столице одноименной страны. Народ стал требовать отставки руководства страны.

Премьер-министр Мохаммед Ганнучи, пытаясь снизить накал страстей, заявил об увольнении министра внутренних дел Рафика Бельхаджа Касема, на которого тунисцы возлагали ответственность за гибель людей. Кроме того, он пообещал освободить всех тех, кто был задержан во время массовых акций. Одновременно в столице был введен комендантский час, для обеспечения которого в город вошла армия.

Но протестов это не остановило. Люди продолжали собираться и требовать не просто борьбы с безработицей или отставки отдельных чиновников, а соблюдения основных свобод и демократизации всей политической системы.

Бен Али пообещал согражданам выполнить их требования, провести досрочные выборы и не переизбираться на новый президентский срок. Он, наверное, пошел бы и на большее, но слушать президента никто не собирался. По всей стране на стенах, заборах и тротуарах стали появляться граффити «Смерть Бен Али!». Коротко и ясно.

Президент собрал семью, сел в самолет и улетел в неизвестном направ­лении (позднее выяснилось, что его приютили в Саудовской Аравии). Такой вот бесславный финал 23-летнего правления, во время которого Бен Али пять раз избирался главой государства с результатами около 99% голосов.

Бой без правил

Отпраздновав победу в революции, народ принялся обороняться от мародеров и провокаторов – в Тунисе все еще неспокойно. Из многих прибрежных городов приходят сообщения о том, что жители спонтанно формируют отряды самообороны, чтобы защитить свои дома и семьи. О том, что происходит во внутренних регионах страны, никому не известно: корреспонденты не в состоянии туда пробиться.

В столице, Тунисе, главная улица – авеню Бургиба – почти полностью сгорела. В разных районах столицы пылают здания, принадлежащие семье президента Бен Али: сгорел рынок, находившийся в собственности его зятя, «семейный» банк президента, целый ряд частных домов, принадлежавших семейству Трабелси (к этой влиятельной семье относится супруга президента Лейла). Убит племянник жены экс-президента – он не успел сбежать из страны.

Мирные жители, по сообщениям корреспондентов, с одной стороны, рады свержению президента-диктатора, с другой – боятся новых вспышек насилия. А в Париже тунисские диссиденты устроили у ворот посольства страны настоящий праздник, даже запускали оставшиеся с Нового года фейерверки. Наверное, им не стоило бы так бурно радоваться, отметила газета Le Monde, в конце концов у них на родине гибнут люди. Но радость от того, что диктаторский режим был свергнут, переполняет тунисцев-изгнанников – ведь теперь многие из них смогут вернуться к своим семьям.

В понедельник, 17 января, в Тунисе было сформировано правительство национального единства. К власти впервые за последние 23 года пришли представители оппозиции. Поддерживавшие сбежавшего президента Зин аль-Абидина Бен Али политические силы, особенно его партия «Демократическое конституционное объединение» (ДКО), были исключены из процесса формирования правительства.

Коалиционный кабинет должен подготовить в двухмесячный срок вне­очередные президентские и парламентские выборы. Обещают, что они будут честными и прозрачными, а пока власть перешла в руки временного президента Фуэда Мебазы – до сих пор он был спикером парламента.

Последнее предупреждение

События в Тунисе наводят на размышления – политический кризис разразился в стране, до последнего времени официально считавшейся стабильной и даже процветающей на фоне многих других африканских и азиатских государств, где сплошь и рядом наблюдаются подобные режимы: «подлинные», «исламские», «суверенные» и какие угодно еще демократии, на деле представляющие собой стопроцентные диктаторские режимы.

То, что произошло в Тунисе, – событие исторического масштаба. Оно показывает, что народы – не просто «население», они вполне в состоянии восстать против авторитарных и коррумпированных правителей. И что пресловутая «смена режима» вполне возможна даже в том случае, если снаружи все выглядит чинно-благородно, а «революционной ситуации» по Ленину и близко не наблюдается. Это смена, происходящая не в результате военных действий и даже без «руководящей и направляющей» роли оппозиционных политиков либо общественных деятелей, а просто потому, что обычных людей «достало».

На многих арабских блогах и интернет-фору­мах уже сейчас отмечается волна поддержки тунисского народа – еще одно грозное предупреждение всем диктаторам. Социальная несправед­ливость, коррупция, безработица – все это не является исключительно тунисской прерогативой, подобные явления – непременные спутники даже самых стабильных, закапсулированных на самое себя диктатур. Так же, как и политические репрессии, с помощью которых правящие режимы стараются подавить в зародыше выступления оппозиционеров.

Однако ирония заключается в том, что пока диктаторские режимы воюют с диссидентами, против них начинают бунтовать люди, не особо интересующиеся политическими лозунгами, но доведенные до крайности. Озлобленность, отсутствие перспективы и бедность, а также постоянное ощущение унижения – вот «руководящая и направляющая» сила тунисской революции.

Тунис на самом деле – вовсе не единичный случай. Подобное можно наблюдать сегодня хоть в Центральной Азии, хоть в Африке, хоть на Аравийском полуострове. Уже сейчас Алжир и Иордания переживают гигантские рассерженные демонстрации, постоянные протесты можно наблюдать и в Египте. Кто следующий в очереди на революцию?

УРОКИ ТУНИСА

Чем бы ни закончилась «жасминовая революция», один очень важный урок она уже преподнесла. Устоявшееся мнение, что арабское общество «не готово» к демократии и не хочет ее, полностью опровергнуто. Выяснилось, что люди как раз очень даже готовы и хотят, а вот их правители – как раз наоборот, боятся своего народа и готовы давить его до последнего момента. Именно поэтому официальные издания в большинстве арабских стран очень сдержанно комментируют события революции, делая акцент на «ужасах массовых беспорядков». Но простые арабы от Омана до Марокко с восторгом, гордостью и даже некоторой завистью читают и смотрят новости о том, что происходит в Тунисе. Вековое представление о том, что арабы могут жить только в условиях жесткого авторитаризма, рушится на глазах.